"Дезертиру" Попову дослуживать не придется

Бывший раб каспийского кирпичного завода Андрей Попов, сбежавший из плена, но угодивший из огня да в полымя в родной Саратовской губернии, чувствует себя плоховато и попросил перевести его из воинской части в госпиталь. У беглеца из дагестанского плена болят живот и голова. А хорошо пока только прессе.

За судьбой солдата из Ершова следят федеральные и зарубежные СМИ, о Попове пишут блогеры, за него вступаются видные общественники и еще более видные депутаты. Нет главного: совершенно не проясняется ситуация о том, как могло случиться, что в нашей демократической стране солдат срочной службы из Саратовской области мог на 11 лет загреметь в рабство.

Пока идет следствие, язык Попов держит за зубами. Потому пресс-конференция экс-раба, состоявшаяся на прошлой неделе в стенах регионального парламента, оставила больше вопросов, чем ответов. Андрей, говоривший с заметным кавказским акцентом, о своем побеге не рассказал ничего. Бежал он не единожды, но прежде ловили и избивали. Переломы зафиксированы и задокументированы. Кто помог? Добрые люди. Кто работал на заводе? Кто угодно, только не кавказцы. Совершал ли еще кто-то побеги? Да, совершали, и один из беглецов опознал Попова… До дома наш солдат добирался 20 дней. Пешком и на перекладных.

А в Дагестане, естественно, тишина. Или раздаются робкие комментарии о том, что в республике действительно немало кирпичных заводов, но люди на них трудятся свободные, хоть зачастую и не имеющие постоянного места жительства. В интервью телеканалам руководители заводов уверяют, что обо всех своих рабочих заботятся, как о детях, а Попова не только главы предприятий, но и рядовые изготовители кирпича по фотографии не опознали. 

Большой резонанс история получила даже не потому, что заговорили о рабстве. В конце концов, это далеко не первый случай, и в общем-то ни для кого не секрет, что на Кавказе работорговля — явление известное. Просто официально это признавать никто не спешит. Дело в другом. После 11 лет, проведенных на кирпичном заводе, на родной земле Попова первым делом посадили за решетку. Как дезертира. Хотя постановление об аресте беглого солдата прокурор выписал еще 11 лет назад, и наверняка не только срок давности прошел, но и сам документ истлел. Однако наши силовики проявили принципиальность.

Лишь после вмешательства общественности Попова удалось освободить. Но… только для того чтобы снова отправить в армию — дослуживать оставшиеся четыре месяца. Впрочем, депутат Ландо полагает, что ершовца можно отпустить. Медкомиссия спустя 11 лет еще раз признала Попова годным к нестроевой службе. Но даже военные склоняются к мысли, что дослуживать ему не придется. Если все рассказанное им о дагестанском плене окажется правдой.

Артем Рыбаков