Непорочное изнасилование

Историю с обвинением хвалынского общественника в изнасиловании 15-летней девочки «спускают на тормозах»

Информационную «бомбу» о том, как замглавы Хвалынского района Елена Шараевская обвинила 22-летнего общественника Максима Макарова то ли в изнасиловании, то ли во вступлении в половую связь с пятнадцатилетней девочкой, что повлекло за собой беременность и попытку суицида, похоже, хотят превратить в безобидную «хлопушку». 

Во всяком случае, по словам участников прежде громкой, а теперь тихой истории, до сих пор не последовало никаких решений и никаких действий по этому поводу. Хотя, если всё сказанное Максимом, девочкой и её мамой подтвердится, то мы имеем вопиющее нарушение всех мыслимых и немыслимых прав несовершеннолетних и совершеннолетних тоже. 

На прошлой неделе в Хвалынске побывали региональные уполномоченные по правам ребёнка и по правам человека Татьяна Загородняя и Надежда Сухова. Они встретились с девочкой, её родителями, представителями прокуратуры и полиции, а также с общественником Максимом Макаровым, обвинённым в растлении несовершеннолетней. Причиной стало сообщение, что ребёнка теперь подвергают в райцентре травле. На всякий случай девочка прошла медицинское освидетельствование, подтвердившее её девственность. Так что разговоры о беременности, изнасиловании и половой связи с «лицом, заведомо не достигшим шестнадцатилетнего возраста» — чушь. 

Как сказано в официальном пресс-релизе аппарата детского омбудсмена, «информация, компрометирующая ребёнка, не была проверена должностными лицами, являлась предположениями и так называемыми слухами, была распространена неопределённому кругу лиц и опорочила честь ребёнка».

Татьяна Загородняя сообщила журналистам, что передала информацию руководителю СУ СКР Анатолию Говорунову для проведения проверки.

Первой, с кем мы связались (после безответных звонков в течение недели и обращения в приёмную главы Хвалынского района), стала главная героиня истории Елена Шараевская. 

Разговаривать по телефону она отказалась, потребовала официальный запрос редакции. В ответе за собственной подписью сказала о себе в третьем лице: дескать, «Е. В. Шараевская действовала в рамках своих полномочий и в соответствии с федеральным законодательством». Цель у неё была самая благая — защитить права ребёнка. 

Наша следующая собеседница, мама пятнадцатилетней девочки Анна Николаевна, высказала по этому поводу прямо противоположное мнение:

— Моей дочери друзья начали звонить в больницу и спрашивать, как протекает беременность, как себя чувствует ребёнок и всё в таком роде. Она пришла в ужас. Потом я услышала эти разговоры в городе — никто из официальных лиц не счёл нужным со мной связаться. Потом говорили, что имеют на это право — проводить проверку без уведомления родственников. Когда дочь вернулась из больницы и стала выходить в город, к ней начали подходить малознакомые люди и говорить оскорбительные вещи о её половой связи с Макаровым. Ребёнок в шоке, меня пугает её состояние. 

В полиции мне показали два заявления за подписью Шараевской о том, что сообщение о беременности моей дочери от Макарова поступило к ней сначала «из анонимных источников», потом «от социального работника школы». Я не собираюсь оставлять этого без последствий, мой ребёнок получил тяжелейшую травму. Если правоохранители ничего не решат, обязательно подам в суд и буду добиваться наказания виновных.

Максим Макаров ответил, что до сих пор он не увидел результатов проверки, проводимой силовиками, в ходе которой брали объяснения у всех участников истории, включая его и Шараевскую. Он опасается, что если всё затянется больше, чем на три месяца, у него могут не принять заявления о клевете и заведомо ложном доносе:

— Загородняя сказала, что я произвёл на неё исключительно положительное впечатление. При этом уточнила, что она по своему статусу не может принимать никаких самостоятельных решений, требовать, приказывать и тому подобное, только обращаться, привлекать внимание, что она и делает. Считаю, что налицо желание должностных лиц заволокитить дело. 

Автор: Станислав Орленко

кадр из видео